Princess Cinderella
Because I'm naughty, naughty!
20.09.2012 в 18:02
Пишет Старый больной тайчо:

Название: Неправильный
Автор: Кай aka profileСтарый больной тайчо
Фэндом: B.A.P
Пэйринг: Ёнгук/Химчан
Жанр: ну как обычно, отсебятина, бред и глюки.
Рейтинг: PG-13, я ж другое и не пишу.
Ахтунг: не бечено

Любимому дружочку profilePrincess Cinderella в честь дня рождения, хоть и с большим опозданием ТТ

Ким Химчан какой-то неправильный.
Ёнгук думает так с той самой секунды, как впервые увидел его. Что-то в Химчане постоянно цепляет взгляд, не дает покоя, раздражает – как раздражает нежное тело моллюска попавшая меж створок раковины песчинка.
Что это? Что? Что?..
В поисках ответа, в попытке упорядочить имеющиеся знания о собственном маленьком мире, погрязшем в сумасшедшей круговерти событий за последние несколько лет, Ёнгук мысленно делает пометки. Клеит ярлыки: Чунхон, Чоноп, Ёндже, Дэхён. Младшие. Заботиться. Спросить, как дела у мелкого в школе. Следить, чтобы вовремя питались. Чтобы Ёндже не таскал из холодильника холодное молоко. Чтобы Чоноп опять не перетренировался до полуобморока.
Химчан. За ним тоже глаз да глаз нужен, за этим ольджаном с несуразным хриплым смехом. Шумный Химчан. Нелепый Химчан. Красивый Химчан.
Иногда Ёнгуку кажется, что Ким Химчана слишком много. Что в квартире по меньшей мере двадцать вездесущих, суетливых, громких Химчанов. Хочется заклеить ему рот пластырем, надеть на голову наволочку, утихомирить подзатыльником – чтобы угомонился уже наконец – но Ёнгук этого не делает, лишь усмехается снисходительно. От голоса Химчана по спине бегут табуном мурашки, а он делает очередную пометку.
Шумный? Да.
Ненормальный? В чем-то.
Доверять? Да.
Нужен?..
…нужен.

***

Таким притихшим Банг Ёнгук видит донсэна едва ли не впервые за все время, что они знакомы. Это настораживает. Это пугает. Когда Ёнгук заходит в кухню – уже за полночь, когда младшие легли спать, – Химчан быстро отворачивается. Свет выключен, тонкий нервный силуэт вырисовывается на фоне окна.
- Куришь, - Ёнгук не спрашивает – утверждает. – Ты же знаешь, это запрещено.
Вместо ответа Химчан выдыхает сизый дым в приоткрытую форточку.
Ёнгук подходит ближе и кладет руку на его плечо. С улицы в квартиру ужом скользит ночной ветер; Химчан едва заметно вздрагивает – то ли от холода, то ли от прикосновения.
- Все в порядке. Просто устал, - бормочет он в ответ на еще не заданный вопрос, и Ёнгук хмурится. Если в ход пошли сигареты – дело плохо. Он знает, что Химчану не нужны советы – его надо просто выслушать, если он захочет поделиться мыслями, что не дают ему покоя. И еще Химчану важно знать, что есть кто-то, на кого он может положиться.
- Идем.
Химчан тушит окурок в чашке с остатками холодного чая и покорно следует за Ёнгуком. Они сидят на диване бок о бок, Химчан еле слышно сопит, привалившись головой к плечу друга, и молчит. Хорошо, что Ёнгук все понимает, никогда не лезет с расспросами, когда чувствует, что это не нужно. А рассказывать сам Химчан сейчас не хочет – словно боится, что его страхи и тревоги станут реальностью, стоит только словам сорваться с губ. Мысли, тяжелые и мрачные, словно грозовые тучи, ворочаются в его голове, но он упрямо гонит их прочь.
- Да пошло оно все нах**, - вдруг решительно заявляет он и сдувает блондинистую челку со лба.
- Следи за языком, Ким Химчан, - привычно усмехается Ёнгук, находит на ощупь его пальцы и сжимает их.
Когда рядом Банг Ёнгук, бояться Химчану нечего.

***

Ким Химчан совершенно не умеет следить за своим языком, думает Ёнгук, когда этот самый язык врывается в его рот, а он открывается ему навстречу, еще не успев понять, что происходит. Химчан пахнет соджу и холодным ветром, порывы которого треплют его волосы.
Это изначально было плохой идеей – тайком забраться на крышу дома и выпить столько соджу. И плохой идеей было прижать Химчана к себе крепче, когда тот поцеловал его.
И уж абсолютно точно неправильно это странное желание вновь и вновь целовать этого невыносимого, несуразного, угловатого Лиса, сжать в объятиях до хруста, чтобы он снова коротко застонал – как сейчас, пока он тычется горячими губами в его шею, пытаясь справиться с его футболкой.
Руки у Химчана просто ледяные.
- Что ты делаешь? – хрипло басит Ёнгук.
- Я в хлам, - доверительно сообщает Химчан, щурясь и заглядывая ему в лицо, и Ёнгуку кажется, что все внутри переворачивается, когда тот облизывает губы.
- Кому-то надо срочно проспаться, - ворчит он и тащит Химчана назад в квартиру. Тот послушно плетется следом, дает вытряхнуть себя из куртки, шумно спотыкается в спальне, долго сражается с пряжкой ремня на джинсах и называет лидера извращенцем, когда тот пытается помочь ему.
- Уж кто бы говорил, - шипит беззлобно Ёнгук, думая о том, что целоваться с Химчаном было неправильно, но приятно.
И, пожалуй, "приятно" куда больше, чем "неправильно".
И эта мысль тоже неправильна.
Уставившись в потолок, он долго слушает, как тихо посапывают во сне младшие, как бормочет что-то Чунхон, как шумно возится, перекладывая подушку и устраиваясь удобнее, и наконец успокаивается Химчан – и сам закрывает глаза, едва заметно улыбаясь.
Пусть Ким Химчан самый неправильный, несносный, капризный и шумный ольджан на свете – другого ему не надо.

URL записи